Певица Алла Пугачева рассказала корреспонденту "Карты музыки" о любви, главных ценностях в жизни и разнице в возрасте с Максимом Галкиным.

- Согласно последним данным ВЦИОМ вы стали символом России, как вы к этому относитесь?

- Я? Вы наверно имели ввиду Наталью Гундареву. Ну, хотя почему бы и нет. Мне уже достаточно много лет, чтобы стать матерью общества, а не просто моей дочери. Я вроде никого не подводила. Народ редко ошибается. Хотя в последнее время редко говорит правду, отвечая на все эти опросы.

- Кто или что занимает для вас главное место в жизни после ухода со сцены?

- Семья. Наконец-то для меня во главу угла стала семья, а не сцена. Здоровье на втором месте. И третье – от всего получить удовольствие. От каждой минуты, секунды общения с близкими, да от всего! Вот три компонента моего сегодняшнего дня.

- Вы хотели бы что-нибудь поменять в своем прошлом?

- Нет, ничего. Хотя, пожалуй, некоторые поступки… Порой я вела себя излишне прямолинейно. Ведь была достаточно бесшабашна. Ляпнуть могла что-нибудь, не подумавши.

- Почему народ полюбил именно ваш репертуар, а не скажем Софии Ротару?

- Не знаю. Я никогда над этим не задумывалась. Что хотела, то и пела. Что мне нравилось, то и говорила. Я ведь по натуре довольно диковатый человек. Меня и в детстве звали дикаркой. До сих пор не люблю общаться с людьми в каких-то компаниях. Я стесняюсь. Можете смеяться, но я – застенчивый человек.

- Что для вас сексуальность артиста?

- Я уверена, что сексуальность многим только мешает. Зритель должен видеть человеческую сущность, не прикрытую всякой шелухой. Она мешает. В какой-то песне она будет очень хорошим дополнением, а где-то совсем неуместна.

- Чем вы руководствовались при выборе мужей или партнеров?

- Понимаете, для женщины в мужчине есть три места – мозги, сердце и еще одно. Поэтому, когда выбираешь человека, нужно знать, для чего. Если совпадают все три, так сказать, точки, значит, это тот человек, который тебе нужен. Как это понять? Очень просто. Тебе должно быть легко с этим человеком. Настолько легко, что ничего уже объяснять не нужно. Тебе должна быть понятна мотивация всех его поступков. Когда мне мотивация не понятна, когда я не воспринимаю результат таких действий и, более того, мне это дико, неприятно, чуждо, тогда я сразу ограждаю себя от такого человека. Но мне везло.

- Были люди, которые вас отвергали?

А как же! Конечно. Иначе не было бы песни «Не отрекаются любя». Все мои ощущения – первой влюбленности, первого разочарования, первой потери – все в этих песнях, в их интонациях. Повезло встретить Илью Резника. У нас с ним было такое взаимопонимание, что любые мои переживания, откровенные рассказы находили отклик в душе Илюши. Он очень сентиментальный человек. И ему удавалось вкладывать эти чувства, его и мои, в стихи.

- Когда вы поняли, что стали популярной?

- "Арлекино". Конечно, это была первая песня, которую пели все. Ощущения передать очень тяжело. Да, я знала, что спела песню на конкурсе в Болгарии. И победила. Но конкурс этот по телевидению в Союзе не показывали. Прошел месяц, как я вернулась. Поехала в Сочи. И тут его показали. Спустя пару дней стою на балконе гостиничного номера, а внизу народ с магнитофонами. И везде "Арлекино". А меня еще никто не узнает. Это удивительное чувство. Марк Бернес мне однажды сказал: "Девочка, твои песни знают и поют. А тебя не знают. И это хорошо. Значит, в песнях что-то есть". Я его тогда не поняла, расплакалась. Лишь потом осознала, как он был прав.

- Как вы относитесь к большой разнице  в возрасте между влюбленными или супругами?

- Когда мужчина старше женщины на 30 лет, это одно. А когда женщина старше мужчины на 30 лет, это совсем другое. Тут еще многое зависит от того, сколько лет женщине. Если ей 48, а ему 18, она еще может на что-то надеяться. Она еще может родить ему ребенка. Как только такая возможность исчезает, у такой пары нет будущего. Вряд ли ее можно назвать семьей. Давайте возьмем мой пример. Мне все-таки седьмой десяток. Моему, так сказать, близкому другу – не хочу называть его мужем, но таковым считаю – Максиму Галкину на 28 лет меньше. Нам настолько хорошо вместе, настолько просто и понятно. Но ему легче. У него еще вся жизнь впереди. А у меня порой проскакивает мысль: а сколько мне осталось? Максимум лет 20 еще, ну 25. А ему тогда сколько будет? Ага, еще можно жить вместе. Он еще успеет семью создать. Думаю, такая мысль возникает у женщины, которая намного старше своего партнера. Которая уже без приплода, так скажем.